Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

(no subject)

Бывает - листаешь ленту и спотыкаешься о чей-то пост или комментарий, по которому видно - человеку плохо. Или грустно, что тоже не есть хорошо. Плохо по какой-то определенной причине. И я очень хорошо знакома с ситуацией,в которой находится этот человек потому что сама торчала в ней долгие годы, и мне тоже было плохо, и я билась головой о метафоричесую стенку, пытаясь найти выход. И нашла.
В такой ситуации у меня появляется чувство, что не дать совет - это почти моральное преступление. И я его даю, хотя меня об этом никто не просил.
И почти всегда такой совет воспринимается в штыки, с агрессией, иногда грубостью. Почти всегда приводится контраргумент - почему вы думаете, что ваш опыт мне подойдет, у меня другая ситуация, не лезьте. А опыт - штука довольно универсальная. Люди по отдельности - совсем не такие исключительные существа, как им хочется думать. Другое дело, что каждый имеет свой шаблон поведения, который, в свою очередь, может определять опыт.
Допустим, Маша пошла в лес и вернулась с корзиной грибов. Катя пошла в лес, и ее изнасиловали. Данный опыт говорит о том, что в лесу есть грибы, но там также есть и насильники, кому как повезет.
А вот если Маша ходит в лес каждое воскренье в сезон, и обычно приходит с грибами, а Катя сходила три раза, ее все три раза изнасиловали, и она больше в лес не ходит, то ситуации у них действительно разные, потому что у них разный шаблон поведения. Если Катя выслушает внимательно Машу, а еще лучше - сходит с ней пару раз, то возможно, она изменит свой шаблон поведения (последствия которого многие ошибочно принимают за карму). Если же она скажет - Маша, иди на хуй со своим бесценным опытом, у меня другая ситуация, не лезь в душу, то грибов ей не видать. Кстати, на немного схожую тему был интересный пост - http://olga-podolska.livejournal.com/258093.html
Там говорится о связи удачи и способности воспринимать различную информацию, не относящуюся к делу (видом такой информации являются и советы).
Тем не менее, мне, пожалуй, пора перестать давать непрошеные советы - хотя не знаю, как, меня иногда прямо-таки тянут за язык :)

(no subject)

Решила проверить на себе мнение, что время восстановления после разбитых отношений составляет половину длительности этих отношений.
Взяла последние отношения, которые были именно разбиты, и которые оказались неплохо задокументированы, слава жежешечке.
Если отбросить попытку реанимации трупа, длительность этого ужаса составляла 21 месяц. На выздоровление ушло 14 месяцев. Немного больше половины, но ведь была виртуальная попытка реанимации, которая тоже наверняка сказалась на длительности выхода из виража.
В общем, все так и есть, как пишут, по крайней мере лично я подпадаю под эти временные стандарты.
Какой из этого следует вывод?
Никогда, слышите, никогда и ни за что не надо пытаться ничего удерживать, реанимировать, исправлять и начинать сначала то, что не клеится. Разговор "о наших отношениях" имеет смысл заводить только один раз (да и тот необязателен, все видно и понятно и без разговора. Просто мы не всегда имеем храбрость взглянуть правде в глаза). И если результат вас не удовлетворит (а он, скорее всего, не удовлетворит - по моему опыту, желание вести такие разговоры возникает только если сильно уж многое неблагополучно в королевстве и отрицать это уже невозможно), то берите ноги в руки, прощайтесь (лучше сами, не так обидно потом) и идите на поиски лучшей доли. Если вас вдруг бросятся останавливать - решайте сами, что делать, шансы, что все наладится есть, хотя и не очень велики. Если не бросятся (а скорее всего, не бросятся), идите и ни за что не оглядывайтесь назад. Каждая лишняя минута, проведенная вами с неправильным человеком в неправильных отношениях, замедлит ваше выздоровление еще на полминуты. Кроме того, чем дольше вы медлите, тем больше рискуете принять участь жены Лота и застыть соляным столпом, став символом человека, который не может расстаться с прошлым. Оно вам надо? Жизнь коротка и дана нам отнюдь не для сожалений о несбывшемся.
thinking

Маньяки в моей жизни (потенциальные)

У меня есть все основания думать, что, когда я была маленькая, то чуть не попала в руки маньяка.
Дело было так. Мне было 10 лет, я училась в 4м классе. Родители недавно переехали с Камчатки в Волгоград, и к декабрю я еще не вполне освоилась на новом месте, не сдружилась ни с кем, я всегда тяжела и медлительна вначале (через год мне бы уже не светило возвращаться домой в одиночку, а пока что дело обстояло именно так).
Домой мне спешить не хотелось - там было не очень мирно, мы жили вчетвером в одной комнате, и мои шансы схлопотать от родителей, будучи страшей дочерью, были довольно велики.
Поэтому я шла домой не спеша, останавливалась, где могла.
Cразу через дорогу от школы стоял магазин канцтоваров.
Даже в те скудные застойные времена в этом магазине было на что полюбоваться.
Картонные картинки в рамках, игральные карты, кукольный театр из пенопластовых головок, которые надо было надевать на палец...
Ну, а в декабре, в преддверии Новоо года, этт магазин и вовсе превращался в волшебное зрелище. Особенно после нищего побережья Камчатки. Игрушки в витрине я могла рассматривать часами. Они просто завораживали меня.
В тот день только завезли стеклянные шары, огромные, не совру, если скажу, что они были размером с голову новорожденного ребенка. Желтые, зеленые, красные. Я не знаю, кто их покупал - они не удержались бы ни на одной елке. Но они лежали на полке и я зависла перед этой полкой надолго.
И вот тут к прилавку подошел еще один покупатель.
Это был невысокий мужчина, чуть выше меня, одетый во что-то незаметное. Я не смотрела на него до тех пор, пока он, совершенно неожиданно, не обратился ко мне. Я вообще в то время мало смотрела на взрослых - они казались мне незаслуживающими внимания.
Мужчина стоял рядом со мной минут десять, а потом внезапно произнес - "Ты любишь ёлочные украшения, девочка?"
Я была воспитана в духе "будь вежлива со взрослыми", и потому сказала что да, люблю.
И тут понеслось. Мужчина был в детстве и юности коллекционером ёлочных украшений. У него дома стояли ящики с красивейшими игрушками, какие только можно было купить в нашей стране. А теперь он остыл к этому хобби, и решил, что надо все это великолепие кому-то отдать. Он решил просто подарить все свои ёлочные игрушки девочке, которая их любит. Он живет в двух остановках отсюда, и, если мы поедем сейчас, то через полчаса я вернусь домой с огромным количеством игрушек, и мои родители обрадуются, что я принесла их бесплатно.
Честно - мне и в голову не пришло, что это маньяк. Я тогда вообще не знала про существование маньяков.
То есть, я до сих пор не знаю, действительно ли это был маньяк. Это был маленький, невидный, нехаризматический дяденька. Я любила игрушки. И я не знаю, почему его предложение показалось мне страшно несимпатичым. Может, это сработала интуиция. А может, я просто была очень робка и избегала любых контактов с чужими людьми.
Я отказалась наотрез.
Он очень огорчился, но всунул мне телефонный номер и попросил либо позвонить, если я передумаю, либо выбросить номер в мусорку, но только, Бога ради, ничего не говорить маме - она все поймет неправильно.
Маме я ничего не сказала - но ей я бы по-любому ничего не сказала, больно нужно мне было выслушивать порцию упреков из серии "с нормальными девочками такого не случается".
Бумажку с телефоном порвала на мелкие кусочки и выбросила. В магазин канцтоваров, к собственной досаде, боялась зайти еще месяца три.
И, если бы этот эпизод не вспомнился мне непонятно отчего года четыре назад, я бы никогда не думала, что со мной могло случиться нечто плохое.
А, в общем, реально могло.
Был еще один эпизод - значительно позже, лет через двадцать.
Я возвращалась домой с двухгодовалым сыном, и сын засмотрелся сквозь ограду на танки в музее города Хабаровска. Музей был закрыт, однако неизвестно откуда появился молодой служител, и стал восхищаться сыном - "Щечки! Губки!" На меня не смотрел. Щеки у него самого румянились ярко. Губы были влажными и блестели.
Предложил провести нас на закрытую территорию, осмотреть выставку - "Никого ведь нет, вы все посмотрите, как надо, без помех, молодой человек будет в восторге!"
Он смотрел на моего сынулю горящим взглядом, и мне почему-то очень не нравился этот восторг, хотя и тогда еще я была довольно наивна относительно понимания всяческих извращений. В общем, он чуть ли не начал нас подталкивать за ограду к большой палатке - "Вы только зайдите внутрь, посмотрите, там такие экспонаты! Машинки!"
Я посмотрела на палатку. Толстый брезент. Ограда. На улице- никого. Представила взрослого парня, двухлетнего ребенка и себя, с ножом у горла. Сравнила силы.
Я схватила сына на руки и элементарно убежала прочь, на соседнюю многолюдную улицу, так быстро, как могла.
Почему-то до сих пор мне кажется, что я поступила правильно.
Хотя опять же, у меня нет и не было ни малейших доказательств злых намерений. Только ощущения - слишком горели глаза, был слишком настойчив, слишком обращался к малышу-сыну, а не ко мне...
Так и не знаю, от чего уберегла себя, и было ли что-то, реально угрожающее.
По прошествии лет все более склонна думать, что угрожающее было, и что моя интуиция меня таки здорово уберегла.
Или я все выдумываю?

(no subject)

Все вспоминают, что они делали 11 сентября. А я не могу вспомнить - кажется, я дежурила, а после дежурства пошла спать, и спала целый день. Но, может, и не так все было - я телевизор вообще редко смотрю, может, я просто все пропустила. Факт тот, что узнала я о трагедии, дня через три, не раньше. Сотрудники приносили на работу журналы с иллюстрациями на обложках, и жадно разглядывали маленькие фигурки людей, выпрыгнувших из окна и зависших в воздухе навечно, так, как поймала их чья-та камера. Катастрофы, несчастья и запах крови вообще вызывают у многих живой интерес, выброс адреналина и счастливую мысль "А не я! А меня пронесло!" Мне кажется, что если бы возможность подсмотреть в щелочку, как реальный убийца убивает, маньяк - насилует и расчленяет, просто посмотреть, и уйти незамеченым в полной безопасности, то к щелочке образовалась бы очередь. Масс-медиа об этом знают хорошо, и добросовестно-регулярно заполняют новостные программы перечнями катастроф.
Кто-то, разглядывая иллюстрацию, со смачным хохотком произнес: "Посмотри на этого пидора - прыгнул с зонтиком. Спасет его зонтик, ага". И пошел себе дальше жить, не задумываясь о том, что судьба вполне могла бы выкинуть и иной финт, и в другом измерении, быть может, "пидор" жив и здоров, и рассматривает с нездоровым интересом последнее мгновение из жизни его самого, умника, каких мало.
Меня от этих картинок затошнило - у меня живое воображение, и я легко могу себе представить ощущения человека, реальность вокруг которого мгновенно и бесповоротно превращается в ад, смерть в котором растянута на бесконечные мгновения, заполненные ужасом. Мне становится нехорошо каждый раз, когда я об этом вспоминаю, точно так же, как и тогда, когда я думаю о Бабьем яре, Чикатило и прочем. Я стараюсь об этом не думать, потому что если я буду думать об этом много, я просто сойду с ума.
А где-то через год после случившегося я увидела н улице женщину. Она шла и колыхалась на ходу, ее было очень много, и телеса ее были обтянуты дешевым цветным джерси. Принт на джерси изображал ночной НЙ с фиолетовым небом, красными и золотыми огнями. В небо вздымались башни-близнецы, расположиться которым пришлось как раз на обширных ягодицах. Женщина шла, ягодицы ее переваливались на ходу слева направо и наоборот, в результате чего башни тряслись и покачивались. И я подумала - вот есть же люди. Их наверняка не тошнит от страшных новостей. Она бы, наверное, очень удивилась, если бы кто-то намекнул ей, что ходить в таком платье очень неприлично. И даже не потому, что оно сидит на фигуре более, чем в обтяжку...

(no subject)

Гуманисты отчаянно бьются за отмену смертной казни. Более искренне за нее могли бы биться только приговоренные к расстрелу рецидивисты. Довод приводят убийственный - "злом добра не добьешся". Добиваться добра однако же надо превентивно - поля обрабатывать пестицидами, собачек прививать от бешенства, людей воспитывать по-человечески, а не по законам зоны. Зло, которое не только расцвело пышным цветом, но и заплодоносило, невозможно обратить в добро гуманистическими соплями. Неужели хоть кто-то возразит против убийства бешеной собаки? А ведь она вовсе необязательно кого-то покусает. Рассуждают наивно о строгом пожизненном заключении для жестоких убийц, таком, "чтоб не убежал". Это в Росии, где детишки ботают по фене, а в кроссвордах лагерных терминов чуть ли не больше, чем географических, где полстраны собирает средства для братков. В чем истоки гуманизма загадочной русской души, той, которая не зарекается ни от сумы, ни от тюрьмы, и для которой закон - что дышло? Может, в том, что слишком уж много столетий гоняли этапы по России?
Может, я и неправа, но привыкла мыслить по-медицински: гангренозные ткани надо иссекать безжалостно, причем прихватывая немного окружающей здоровой ткани. Иначе всему организму придут кранты.