April 4th, 2015

(no subject)

В результате определенных измнений на работе пришлось опять вернуться к ночным дежурствам, что нелегко после перерыва в два, а то и три года.
К счастью, вчерашнее дежурство было ненапряжным, да и резиденты были очень хорошие.
Интересный момент дежурства - поднялась наверх в приемный покой. Там большой экран со списком больных - кто, где, почему. Хирургических почти не было. Четверо с суицидальными попытками. Четверо с алкогольным отравлением. И пятеро с психическими отклонениями, половина из них - плюс наркотический передоз. Риторический вопрос дня: куда катится мир?
Вечером вскрывали гнойник в паху молодому человеку с героиновой зависимостью. Абсцесс (гнойник), естественно, от внутримышечной инъекции того же героина - вены все исколол, для операции одну еле нашли с ультразвуком.
Поскольку инфекция у него очень "злая", лежит он в интенсивке. Несколькими часами раньше зашла его проведать подружка (здесь, как я понимаю, режим посещений куда вольнее, чем в России, где в реанимацию ходить низзя). Через несколько минут после того, как она вышла, больной перестал дышать с вытекающей общебольничной активацией Code blue - монитор реагирует на остановку дыхания - в комнату вбегает медсестра - нажимает на кнопку - на всю больницу раздается объявление, что нужно срочно бежать туда-то - через пять минут там человек тридцать народу.
Видимо, подружка решила облегчить его больничное существование и "пофиксила" ломку.
Дыхание, конечно, восстановили. А вот внутривенный катетер через пару часов работать перестал. Пришлось искать вену, долго и мучительно. Как последний резерв, поставили бы подключичку или что подобное, но у него сильно велик риск инфицирования, поэтому оставили эту опцию резервной. Через полчаса вену таки нашли. У таких больных порог боли сильно понижен, поэтому ему было вполне себе мучительно, и он очень боялся умереть.
Ясен пень, его риск умереть просто от ежедневнего передоза куда выше, но рациональное суждение отбивается аддикцией напрочь. Бедный парень, бедные родители, такая беда, а что поделать? Ничего.