October 21st, 2007

thinking

Маньяки в моей жизни (потенциальные)

У меня есть все основания думать, что, когда я была маленькая, то чуть не попала в руки маньяка.
Дело было так. Мне было 10 лет, я училась в 4м классе. Родители недавно переехали с Камчатки в Волгоград, и к декабрю я еще не вполне освоилась на новом месте, не сдружилась ни с кем, я всегда тяжела и медлительна вначале (через год мне бы уже не светило возвращаться домой в одиночку, а пока что дело обстояло именно так).
Домой мне спешить не хотелось - там было не очень мирно, мы жили вчетвером в одной комнате, и мои шансы схлопотать от родителей, будучи страшей дочерью, были довольно велики.
Поэтому я шла домой не спеша, останавливалась, где могла.
Cразу через дорогу от школы стоял магазин канцтоваров.
Даже в те скудные застойные времена в этом магазине было на что полюбоваться.
Картонные картинки в рамках, игральные карты, кукольный театр из пенопластовых головок, которые надо было надевать на палец...
Ну, а в декабре, в преддверии Новоо года, этт магазин и вовсе превращался в волшебное зрелище. Особенно после нищего побережья Камчатки. Игрушки в витрине я могла рассматривать часами. Они просто завораживали меня.
В тот день только завезли стеклянные шары, огромные, не совру, если скажу, что они были размером с голову новорожденного ребенка. Желтые, зеленые, красные. Я не знаю, кто их покупал - они не удержались бы ни на одной елке. Но они лежали на полке и я зависла перед этой полкой надолго.
И вот тут к прилавку подошел еще один покупатель.
Это был невысокий мужчина, чуть выше меня, одетый во что-то незаметное. Я не смотрела на него до тех пор, пока он, совершенно неожиданно, не обратился ко мне. Я вообще в то время мало смотрела на взрослых - они казались мне незаслуживающими внимания.
Мужчина стоял рядом со мной минут десять, а потом внезапно произнес - "Ты любишь ёлочные украшения, девочка?"
Я была воспитана в духе "будь вежлива со взрослыми", и потому сказала что да, люблю.
И тут понеслось. Мужчина был в детстве и юности коллекционером ёлочных украшений. У него дома стояли ящики с красивейшими игрушками, какие только можно было купить в нашей стране. А теперь он остыл к этому хобби, и решил, что надо все это великолепие кому-то отдать. Он решил просто подарить все свои ёлочные игрушки девочке, которая их любит. Он живет в двух остановках отсюда, и, если мы поедем сейчас, то через полчаса я вернусь домой с огромным количеством игрушек, и мои родители обрадуются, что я принесла их бесплатно.
Честно - мне и в голову не пришло, что это маньяк. Я тогда вообще не знала про существование маньяков.
То есть, я до сих пор не знаю, действительно ли это был маньяк. Это был маленький, невидный, нехаризматический дяденька. Я любила игрушки. И я не знаю, почему его предложение показалось мне страшно несимпатичым. Может, это сработала интуиция. А может, я просто была очень робка и избегала любых контактов с чужими людьми.
Я отказалась наотрез.
Он очень огорчился, но всунул мне телефонный номер и попросил либо позвонить, если я передумаю, либо выбросить номер в мусорку, но только, Бога ради, ничего не говорить маме - она все поймет неправильно.
Маме я ничего не сказала - но ей я бы по-любому ничего не сказала, больно нужно мне было выслушивать порцию упреков из серии "с нормальными девочками такого не случается".
Бумажку с телефоном порвала на мелкие кусочки и выбросила. В магазин канцтоваров, к собственной досаде, боялась зайти еще месяца три.
И, если бы этот эпизод не вспомнился мне непонятно отчего года четыре назад, я бы никогда не думала, что со мной могло случиться нечто плохое.
А, в общем, реально могло.
Был еще один эпизод - значительно позже, лет через двадцать.
Я возвращалась домой с двухгодовалым сыном, и сын засмотрелся сквозь ограду на танки в музее города Хабаровска. Музей был закрыт, однако неизвестно откуда появился молодой служител, и стал восхищаться сыном - "Щечки! Губки!" На меня не смотрел. Щеки у него самого румянились ярко. Губы были влажными и блестели.
Предложил провести нас на закрытую территорию, осмотреть выставку - "Никого ведь нет, вы все посмотрите, как надо, без помех, молодой человек будет в восторге!"
Он смотрел на моего сынулю горящим взглядом, и мне почему-то очень не нравился этот восторг, хотя и тогда еще я была довольно наивна относительно понимания всяческих извращений. В общем, он чуть ли не начал нас подталкивать за ограду к большой палатке - "Вы только зайдите внутрь, посмотрите, там такие экспонаты! Машинки!"
Я посмотрела на палатку. Толстый брезент. Ограда. На улице- никого. Представила взрослого парня, двухлетнего ребенка и себя, с ножом у горла. Сравнила силы.
Я схватила сына на руки и элементарно убежала прочь, на соседнюю многолюдную улицу, так быстро, как могла.
Почему-то до сих пор мне кажется, что я поступила правильно.
Хотя опять же, у меня нет и не было ни малейших доказательств злых намерений. Только ощущения - слишком горели глаза, был слишком настойчив, слишком обращался к малышу-сыну, а не ко мне...
Так и не знаю, от чего уберегла себя, и было ли что-то, реально угрожающее.
По прошествии лет все более склонна думать, что угрожающее было, и что моя интуиция меня таки здорово уберегла.
Или я все выдумываю?